Генрих Фауст

***
Останови дитя, свой Ум Прегордый,
Пусть все слова отныне замолчат,
Записывай небесные аккорды,
Поторопись, пока они звучат,
***
Когда младенец открывает очи,
И произносит письмена небес,
Он – как Орфей в плену Царицы Ночи,
Спешит утратить виденье чудес.

Он лишь растёт, стремясь к пути земному,
Он слышит то, что надлежит забыть,
Покинув Дом, открыв себя иному,
Он этот мир желает полюбить.

И забывая полноту звучаний,
Сын Человека плачет от тоски,
Глядит на звёздный занавес печально,
И звуки вдруг текут с его руки.

Игра стихий открыта лунным нотам,
Она понятна всем простым сердцам,
И для мелодий их круговорота,
Звучит сквозь тьму Безмолвие Творца.

Как глас трубы, как плач незримой скрипки.
Мир проступает из Небытия,
Лишь образ Звуков, что чисты и гибки -
И звук грозы, и барабан дождя,

И Свет приходит, истинный и кроткий,
Как луч рассвета над морской волной,
Царица Ночь плывёт на Лунной Лодке,
Запомни, боль – не смысл, но спутник твой,

Что видит взор, как череду страданий,
Что терпит тело, как болезнь и смерть -
Всего лишь Хаос маленьких желаний,
Летящих из сердец в немую Твердь.

Ты будешь помнить, то, что в сердце зреет,
Ты стал иным, но после всех преград,
Здесь, в этот час, я говорить посмею:
«Иди вперёд и не смотри назад».***

*** Требование к Орфею при выходе из Царства Аида.